rintra

Category:

10 дней, которые... 31 марта: нас только двое на свете

Сегодня в Enfant Terrible показывали премьерный спектакль: по «Гранатовому браслету» Куприна. Дмитрий Аксенов поставил этот текст на двух актеров: Анну Дулебову и Николая Авдеева. 

«Гранатовый браслет» в Enfant Terrible – очередная реплика в бесконечном споре о том, как ставить прозу. Повесть Куприна о настоящей любви ставили в Нижнем Новгороде (А. Песегов) и Перми (А. Чепинога), в Екатеринбурге (В. Дворман) и Новосибирске (С. Афанасьев); ставили даже и как балет (в Иркутске). И каждый раз выходит по-разному.

Дмитрий Аксенов довел анализ прозы до мельчайших кирпичиков, и роздал артистам не роли –реплики. Взяв в качестве девиза слова Анны «Нас ведь только двое на свете», режиссер разложил партитуру текста на двоих актеров, как на инструменты. 

И вот изысканная Анна Дулебова, с ее умопомрачительным станом и огромными глазами (княгиня Вера) становится на какое-то время то рыбаком, то Анной, то отцом невесты. А характерный, яркий Николай Авдеев (актер Nebolshoго театра, затем драматического) – то муж Веры, то сестра, то дедушка. 

Роли перебрасываются от партнера к партнеру динамично, как мячики, без объявления персонажей, так что зритель может и не понять сразу, кто и что говорит (тем более если нетвердо помнит героев повести)… Но в итоге аудитория втягивается в этот диалог о чувствах – диалог многоликий, как всякий внутренний диалог; потому что в итоге мы, конечно, видим историю о творчестве, о создании произведения здесь и сейчас – прозаического ли, или театрального. 

Выстроенное на сцене театра пространство точно соответствует тексту; это становится очевидно в финале. На полу рассыпан песок – знак крымской курортной жизни; в глубине – перегораживающая сцену застекленная стена; в ней будут отражаться, двоиться персонажи. Но в итоге стена вдруг распахнется, французским окном, – сверху донизу: простая и точная метафора проснувшейся души княгини Веры. И в глубине сцены загорятся уставленные ярусами свечи: алтарь? орган? Недаром жанровое обозначение спектакля -  largo apassionatо, а среди финальных слов – «Да святится имя Твое».

В спектакле много аллюзий на интертекст русской литературы (взять хоть тревожный перестук поезда), есть и свой напряженный ритм, не всегда соотнесенный с основной любовной линией. Переключения артистов между персонажами намечены то явно, гротескными красками (и тут очень ярок Николай Авдеев), то полутонами. Сложный орнамент реплик выстраивает какой-то собственный уровень смыслов; и когда в ключевой сцене объяснения Желткова играет Анна Дулебова, с присущим актрисе глубинным внутренним спокойствием, это рифмуется со словами дедушки о том, что только женщины нынче любить умеют. 

Вообще, «гендерное мерцание» (выражение Алексея Кокина) в спектакле свидетельствует о том, что история о любви здесь выходит за рамки отношений «межполовых»: она оказывается вне иерархий, вне рамок, поднимаясь до высшей любви: да святится имя Твое. 

После спектакля театр тепло прощался с Еленой Соловьевой, уезжающей домой.

На обсуждении «профессиональные» зрители из Екатеринбурга и Челябинска, Москвы и Ульяновска говорили о дерзости эксперимента, о соотношении формы и содержания, о неуловимости любви и детективной линии, о том, что кому-то не хватило актерских реакций, а кому-то – пауз. 

Но все сошлись во мнении, что такое освоение текста – настоящий актерский подвиг, и поздравили молодых артистов и театр с премьерой. 


promo rintra august 14, 2014 17:47 13
Buy for 100 tokens
В этом году мне и моей семье вдруг улыбнулась удача. Так сошлись звезды, что я выиграла поездку в Турцию от туроператора tui_travel. История удивительная, доказывающая, что чудеса случаются :) Мы выбрали июль (июнь к тому времени как-то кончился!) и решили дополнить наш дуэт до…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded